Джон Купер: «Летом Кучеров так себя истязал, что я даже испугался»

Главный тренер «Тампа-Бэй» Джон Купер рассказал обозревателю «СЭ» Игорю Рабинеру о секретах успеха Никиты Кучерова и Андрея Василевского и отказе НХЛ от Олимпиады.

Главный тренер «Тампы», лидирующей в регулярном чемпионате НХЛ, на Матче звезд возглавил команду Атлантического дивизиона. Далеко не всегда в Национальной хоккейной лиге к журналистам, освещающим All-Star Games, во время пресс-часа выводят главных тренеров — считается, что это торжество в первую очередь хоккеистов. Этот факт меня сильно печалил — потому что с Джоном Купером очень хотелось пообщаться. Коллеги, работавшие на прошлогоднем чемпионате мира в Кельне и Парижа, восторгались специалистом из Флориды за манеру общения, и хотелось удостовериться в этом, поспрашивав его о Никите Кучерове и компании.

К счастью — удалось. Теперь тренеров привели, причем еще даже до хоккеистов. И так вышло, что я был единственным журналистом из России, который вклинился в стройные ряды североамериканцев — и успел задать достаточно много вопросов на интересовавшие «СЭ» темы. Хотя, понятно, и далеко не все.

МОИ КАНДИДАТЫ НА «ХАРТ ТРОФИ» — КУЧЕРОВ, МАККИННОН, ВАСИЛЕВСКИЙ

— Когда вы несколько лет назад начинали работать с Кучеровым, сразу поняли уровень его истинных возможностей — или это понимание пришло позже? — спрашиваю Купера.

— Расскажу историю. Два года назад он забил 30 голов, год назад — 40. Если бы вы побывали здесь в июле, то поняли, что в это время здесь по-настоящему жарко. Погода очень некомфортная. На улице находиться практически невозможно. Большинство игроков в это время из Тампы сдувает, они уезжают в места попрохладнее. В июле-августе почти никого из них здесь не найти.

Прошлым летом тут был один. Куч. Он приезжал на каток. Один. Почти каждый день — пять раз в неделю точно. С ним были персональные тренеры, которые занимаются развитием игровых качеств. И, когда я видел все это, моим самым большим опасением было то, чтобы он себя не сжег на год вперед. К счастью, этого не произошло — наоборот, вы видели, как Никита начал сезон.

Если честно, может, уже и хватит говорить добрые слова в адрес Куча — их и так сказано достаточно. Но я не могу остановиться. История, которую я вам рассказал, — она о том, что если ты хочешь становиться лучше, это должно быть заложено внутри тебя. Никакой тренер этому не научит и не заставит. Только внутренний драйв. И он хочет становиться лучше. Он никогда не думает, что достиг всего, и вот за это я не могу не отдать ему должное.

С одной стороны, он — чудесный талант. Но каким бы талантом ты ни обладал, нужно все время чему-то учиться, «чистить» свою игру, не останавливаться в развитии — иначе тебя раскусят, прочитают: такая это лига. Учиться и развиваться — наш путь. Правильный ли — не знаю. Но наш.

Мы ни в коем случае не собираемся переделывать атакующих игроков в оборонительных. Но каждый из парней должен знать нашу систему и выполнять ее. В этом смысле все находятся, что называется, на одной странице. И Никите удается, обладая удивительными инстинктами, развивать и обогащать свою игру.

— Если бы лучший игрок сезона определялся прямо сейчас, вы отдали бы «Харт Трофи» Кучерову?

— Наверное, я не тот человек, которого нужно об этом спрашивать (смеется). Но раз спросили… Если спросить, какие фамилии сразу приходят в голову в этом контексте, то Кучеров всплывает сразу. Наверное, еще Маккиннон. Может быть, наш голкипер (Андрей Василевский. — Прим. И.Р.). Но Кучеров — однозначно в списке.

Tampa Bay

КУЧЕРОВ, НАМЕСТНИКОВ И СТЭМКОС НЕ ПРОСИЛИ МЕНЯ ИГРАТЬ ВМЕСТЕ. ТАКОГО У НАС ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ

— Вас не удивляет полнейшее отсутствие у Кучерова игрового эгоизма, стремление все время играть на партнеров — при таких-то индивидуальных способностях?

— Повторяю: большим игроком можно стать только тогда, когда у тебя есть для этого внутренний огонь. Но нельзя стать таким в одиночку. Для настоящего взрыва на площадке у тебя должна быть «химия» с партнерами. И у Кучерова она есть — и со Стэмкосом, и с Наместниковым. Они не выходили вместе все 50 матчей, но, полагаю, 40 с лишним. Они и доверяют друг другу, и уже знают друг друга. И у них всех есть победный драйв.

Если вы видите того же Кучерова на скамейке сердитым, то это происходит тогда, когда мы не побеждаем. А ему, как и его партнерам по звену, важно побеждать в абсолютно каждом матче. И махать рукой на поражение, каким бы рядовым оно кому-то ни казалось, они не будут. И я люблю в них это.

— Какова роль Наместникова в вашем ведущем звене? И правда ли, что обе главные звезды, Кучеров и Стэмкос, перед сезоном приходили к вам с просьбой играть именно в таком сочетании, как это происходило в большинстве матчей сезона?

— (Смеется). Нет, у нас такого не может быть. Парни не приходят ко мне и не просят о подобных вещах. Все наоборот — это я как тренер стараюсь разговаривать с игроками и в том числе узнавать, в чем они заинтересованы. И думаю, что знаю всех их — Куча, Влади, Стэммера, поскольку провел с ними уже немало лет.

У них есть взаимопонимание. Это ощущалось еще в начале прошлого сезона, когда они вместе провели ряд игр до травмы Стэмкоса. Влади и Куч, кажется, понимают друг друга еще и на каком-то интуитивном, подсознательном уровне. И когда мы поставили их вместе — все пошло.

Раньше сделать это было сложно. Вспомните: когда Кучеров пришел в лигу, как здорово они играли звеном «тройняшек» (с Палатом и Джонсоном. — Прим. И.Р.). И мне как тренеру очень сложно было это сочетание разбивать. Но мне как тренеру нужно все время придумывать какие-то пути к совершенствованию. И тот, что я в тот раз предложил, — сработал. Вижу, как они здорово играют вместе.

Но повторяю: такого, чтобы они сами меня об этом просили, не было. В конечном счете, один из главных побудительных мотивов у парней — играть. Но еще больше их интересует успех. Моя же работа — подобрать каждому игроку такую позицию, что возникнет общеигровой баланс, и все заработает. Сейчас у этой группы он есть.

Tampa Bay

РАЗРЕШАЮ РУССКИМ ГОВОРИТЬ НА СВОЕМ ЯЗЫКЕ В РАЗДЕВАЛКЕ

— Василевский играет почти все матчи. Может, стоит чуть-чуть сбавить молодому парню нагрузку, к которой он не привык? Ведь то давление, которое он сейчас получает, может сказаться в плей-офф.

— На самом деле никогда не знаешь до конца, как снимать с людей давление. На разных людей порой действуют прямо противоположные способы. Главное заключается в том, что он — наш основной вратарь. И он должен провести в регулярном чемпионате больше 60 матчей.

И тут хочу вернуться в прошлый сезон. Как Биш (Бен Бишоп. — Прим. И.Р.) и Васи сначала были первым и вторым номером соответственно. Потом они стали — 1А и 1В. Затем — 1А и 1А. Когда Бишоп получил травму — пришлось непросто. Он сломался в районе Рождества, и Василевскому пришлось начинать примерно десять матчей подряд, причем некоторые — в back-to-back, два дня подряд. И у него в этот период не шло. Уверенность в той серии появилась лишь в районе 7-9 игр.

Думаю, он задавал себе вопрос, будет ли — и может ли — он стать основным вратарем в этой лиге. Мы таким вопросом не задавались никогда. И ему просто нужно было пройти через все эти напасти. Потом Бишоп вернулся, провел пару хороших матчей. Но к этому времени начал играть роль потолок зарплат (под который «Тампа» с Бишопом вписывалась плохо. — Прим. И.Р.). Настало время открыть дверь для Василевского.
После чего мы Бишопа обменяли, а на Василевского сделали ставку. Ведь не надо забывать и концовку прошлой регулярки. Вся команда тогда играла хорошо, но голкипер был просто феноменален. И, посмотрев на то, как он начал новый сезон, я вспомнил хорошую поговорку: «Твоя команда может быть как угодно хороша, но ей обязательно нужен вратарь». Матчи, которые действительно нужно проводить хорошо, он находится на вершине своей игры. Но абсолютно уверен, что постепенный для Василевского переход от прошлого сезона к этому позволил ему стать вратарем № 1 и так уверенно начать в этой роли сезон.

— Вы разрешаете своим игрокам говорить по-русски в раздевалке? И в чем вы видите ключ работы с россиянами?

— Да, разрешаю. Если они в какие-то моменты нуждаются в том, чтобы говорить на родном языке, — пусть говорят. При этом вы должны понимать английский — это одно из главных требований. У всех парней это понимание есть. Наша раздевалка — это весь мир. Финны, шведы, чехи, русские… Конечно, я мог бы сказать: «Давайте все будем говорить здесь на одном языке — по-английски». Но предпочитаю говорить иначе: «Давайте все будем говорить здесь на одном языке — языке побед». А остальное…

До тех пор, пока все знают, что происходит на льду и как нам надо на это реагировать и вообще как строить игру, — это все, что мне нужно, и не имеет никакого значения, на каком языке говорят хоккеисты между собой в раздевалке. Я и сам пытаюсь подхватывать у них какие-то слова. Это всегда удовольствие.

Tampa Bay

…И ТОГДА Я ПРЕВРАЩУСЬ В ЗЛОГО ПИРАТА!

— Если бы НХЛ поехала на Олимпиаду, то сейчас никакого Матча звезд в Тампе не было бы. И у вас в Пхенчхан отправилось бы полкоманды во главе со всеми лидерами. В связи с этим испытываете ли облегчение от решения, принятого лигой?

— Не знаю. У меня двойственные чувства. С одной стороны, мне кажется, что каждая возможность, когда у всего мира есть возможность посмотреть на лучших игроков, — это хорошо. Вне зависимости от того, сколько игроков твоей команды туда поедет. Если бы мы отправили на Олимпиаду большую часть команды, — это бы автоматически означало, что она у нас хороша.
Честно говоря, я получил большое удовольствие от опыта работы на Кубке мира в 2016 году. А там было 11 или 12 наших ребят. И я был за них очень рад. Тот же Куч впервые играл за свою взрослую национальную команду, причем сразу на таком уровне, в турнире с участием всех лучших. Или, например, Андрей Шустр из Чехии. Никто не знает, когда этот опыт повторится.
Мне доставила радость и работа главным тренером сборной Канады на прошлогоднем чемпионате мира («Кленовые листья» заняли на нем 2-е место, обыграв в полуфинале Россию и уступив в финале Швеции. — Прим. И.Р.). Да, этот опыт обошелся ценой нашего невыхода в плей-офф, но я не променяю его ни на что другое! Он значит для меня очень много.

Когда мои парни представляют свои страны — я счастлив за них. А если они не будут вымотанными в результате долгих перелетов и Олимпиады — опять же, в этом будут свои плюсы. Так что повторюсь: не знаю.

— Многие обращают внимание: ради того, чтобы играть в «Тампе», хоккеисты идут на значительные финансовые компромиссы и подписывают скромные для себя контракты. Почему?

— Пребывание в любой из 31 команды этой лиги — большая гордость, потому что она сильнейшая в мире. Но у игры именно за «Тампу» много преимуществ. Если даже не говорить об хоккее — взять хотя бы погоду. Наша зима — это лето в большинстве других городов. Но все то, что вы видите сейчас на льду, начинается с Джеффа Виника (миллиардера, владельца и председателя правления «Лайтнинг». — Прим. И.Р.). Взять хотя бы то, что именно вскоре после того, как он приобрел клуб, во главе его появился Стив Айзерман. Виник придал «Тампе» культуру стабильности и стратегического взгляда на свое развитие.

А сколько он делает и для нашей организации, и вообще для людей в Тампе — не передать словами. Тот же центр города благодаря его строительству абсолютно преобразился. Он дает людям массу рабочих мест. А какие деньги были вложены в реконструкцию арены! Глядя на нее, невозможно представить, что Amalie Arena построена в 1993 году, а не, допустим, в 2017-м. Хотя нравятся мне и старые, давно уже закрытые арены — «Форум» в Монреале, «Бостон Гарден», арена «Чикаго».

Радует ли болельщиков то, что мы немало выигрываем? Конечно, да. Однако еще больше радует то, что этот человек делает для общества. Он изменил «Лайтнинг», на матчах которой давно уже постоянные аншлаги, и заразил любовью к хоккею город и детей, открывает и поддерживает детские спортивные школы. Посмотрите, что творится в эти дни, сколько народу ходит на каждую автограф-сессию, как тысячи людей в свитерах клуба часами проводят время у стадиона, в фанзонах.

Это ведь на самом деле очень сложно — «подсадить» южные штаты на нашу игру и воспитывать в них сильных хоккеистов. В 2004 году, когда «Тампа» выиграла Кубок Стэнли, я работал тренером юношеской команде в Техасе. И помню, какое влияние на южан произвела и та победа, и — до того — приход Уэйна Гретцки в «Лос-Анджелес» и его игра там. И последовавший вскоре за нашей победой Кубок Стэнли «Каролины» и «Анахайма». Если бы всего этого не произошло, то хоккей вряд ли получил бы такого мастера, как Остон Мэттьюс (молодой форвард «Торонто» родился в калифорнийском Сан-Рамоне. — Прим. И.Р.). Хоккей отправился на юг, и юг признал хоккей. Наша игра перестала быть зимним видом спорта, она — всепогодная.

— Матч звезд в городе, команду которого вы возглавляете, — это что-то особенное?

— Конечно. Счастлив работать здесь — и участвовать в таких событиях, конечно, тоже. Да, времени на участие в разных мероприятиях нужно выделять больше обычного, но, с другой стороны, тебе не нужно четыре часа лететь, ты на месте. Но ты знаешь этот город и видишь, как популярен в нем стал хоккей. И чувствуешь особый колорит, который он придает Матчу звезд.

Сегодня, в день индивидуальных конкурсов, прямо рядом с Amalie Arena проводится Гаспарилла — ежегодный праздник пиратов, который здесь очень любят. Не знаю, поймут ли культуру этой традиции гости Тампы, но красок от того станет больше. Уверен, если парни прогуляются по центру города за пару часов до начала конкурсов, потом они будут задавать на эту тему много вопросов.

За пять лет в «Лайтнинг» команда только однажды в этот день играла дома — с «Колорадо». В основном же в это время как раз выходные, связанные с Матчем звезд. Но если, глядя на все происходящее, парни расслабятся и будут играть в полконька — я превращусь в злого пирата! (смеется)

Игорь Рабинер из Тампы, «Спорт-Экспресс»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *